Вы тут

Минские саммиты: очередной успех или очередной кризис?


24–25 октября 2013 года в столице Беларуси прошли заседания Совета глав государств Содружества Независимых Государств и Евразийского высшего экономического совета. Руководители постсоветских государств встретились для того, чтобы обсудить судьбу и ход реализации самого старого и самого нового интеграционных проектов в регионе.

Мероприятиям предшествовали многочисленные дискуссии, споры, заочные пикировки представителей государств–участников интеграционных образований. Немалый градус противоречий был продемонстрирован в отношениях между Беларусью, Казахстаном и Россией. Прошедшие саммиты должны были если не расставить точки над i, то, по крайней мере, прояснить ситуацию.

Об их итогах мы говорили с представителями экспертного сообщества ключевых государств, имеющих отношение к интеграционным процессам на постсоветском пространстве.

 

КрупновЮрий Крупнов, председатель Движения развития, руководитель Института демографии, миграции и регионального развития (Россия)

Процесс евразийской интеграции находится в глубоком кризисе. Это усугубляется экономической ситуацией, которая продолжает ухудшаться. И по инерции, автоматически не следует ожидать от продолжающихся попыток интеграции  чего-то хорошего. Не только под геополитическим давлением, но и по внутренним причинам постсоветское пространство продолжает раскалываться, автономизироваться, регионализироваться. Этот процесс может быть преодолен исключительно через выдвижение новой повестки евразийской интеграции, в основе которой должны лежать проекты совместного развития, выход на создание новых кооперативных производительных цепочек в рамках новой индустриализации всего пространства, включая, как это ни покажется фантастичным, и Афганистана, поскольку именно Афганистан является эпицентром всей нестабильности в Центральной Азии и Евразии.

Существующую же неразбериху в евразийской интеграции полностью отражают выдвинутые Казахстаном и Россией предложения о расширении Таможенного союза за счет Турции и, как бы в противовес, Индии. Кстати, предложение Нурсултана Назарбаева в этом смысле более логично, поскольку, по мнению ряда аналитиков, основным бенефициаром Таможенного союза в итоге стала Турция. Через территорию Казахстана она получила доступ к единому рынку ТС. Это показывает, что сегодняшняя верхушечная, надстроечная интеграция продвигается с результатами, неизвестными для ее инициаторов. И вполне возможно, что главными выгодополучателями процесса станут Турция или иные зарубежные государства.

Это означает, что проект Таможенного союза и ЕЭП носит поверхностный идеологический характер. Идея о том, что ликвидация таможенных барьеров будет иметь положительный экономический эффект, работает только тогда, когда экономика и так растет, рынки поднимаются, а ряд административных послаблений ускоряет эти выраженные возвышательные тренды. То есть, в нашем случае, когда растут цены на углеводороды. А у нас сейчас ситуация уже прямо противоположная, и готовиться надо к ещё более худшему. Цены на нефть стагнируют, идет внутренняя девальвация, экономический кризис нарастает и так далее. Отсюда ликвидация барьеров не дает положительного эффекта, а предоставляет неожиданные выгоды для внешних игроков.

Таким образом, в условиях дестабилизации международных отношений Таможенный союз не создает очага стабильности, более того, оказывается дополнительным фактором неопределённости. А рост нестабильности в целом усиливает хаотизацию и на постсоветском пространстве.

Поэтому сегодня срочно необходим конкретный проект, который увязывает все базовые экономические отношения наших стран на долгосрочный период вокруг новой индустриализации.

 

Шибутов

Марат Шибутов, представитель Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане

Прошедший совет в Минске показал, что противоречия между партнерами по интеграции нисколько не ослабли. Например, предложение Нурсултана Назарбаева о включении Турции в состав Таможенного союза – это на самом деле не озвучивание пожелания Анкары, но и, в первую очередь, дипломатичный упрек России за постоянные попытки расширить ТС за счет стран, которые туда войти по объективным причинам не готовы, например, Армении и Киргизии. Скорей всего, для этих двух стран в скором времени будут созданы «дорожные карты» их присоединения к Таможенному союзу, однако выполнить все требования они едва ли смогут.

Другой пример – предложение президента Казахстана о ликвидации ЕврАзЭС. Оно выражает претензии Астаны по поводу невыполнения уже утвержденных соглашений, лежащих в основе ТС и ЕЭП. Потому что существование ЕврАзЭС способствует предоставлению странам, не входящим в Таможенный союз, льгот, которые позволяют им получать преимущества уже в рамках Таможенного союза, не неся при этом никаких обязательств.

Такой же смысл имеют и слова Александра Лукашенко о необходимости ликвидации всех изъятий между участниками евразийской интеграции. Также об этом говорит президент Казахстана, так как Россия вероломно вводит все новые нетарифные ограничения на поставки продукции из стран ТС в обход всех действующих договоренностей. К примеру, перед самым советом премьер-министр Дмитрий Медведев поручил ограничить ввоз физическими лицами алкоголя из стран ТС – и это уже не говоря о том, что казахстанский алкоголь уже 3 года не может легально зайти на рынок России.

Одним словом, Беларусь и Казахстан просят Россию сначала решить проблемы в действующем составе участников, довести интеграцию до логического конца и только потом уже присоединять новых членов. И предложения о приглашении новых участников в ТС – это скорей способ озвучить упрек партнерам, а не реалистичные планы по расширению формата интеграции.

Кстати, за такой позицией сторон стоят насущные проблемы. Казахстанские производители сталкиваются с многочисленными искусственными ограничениями доступа на российский рынок. Как и белорусские, впрочем. Речь идет о фитосанитарных мерах, недавно введенном утилизационном сборе, не взимаемом с российских автомобилей, и так далее.

Складывается впечатление, что евразийская интеграция для Москвы – это сугубо идеологический проект расширения своей сферы влияния, а выполнять свои обязательства в рамках интеграционных образований она намерена только в случае давления партнеров. Как видно, Владимир Путин пообещал, что все проблемы будут решаться, но насколько это окажется правдой – покажет время.

 

СивицкийАрсений Сивицкий, директор Центра стратегических и внешнеполитических исследований (Беларусь)

С моей точки зрения, те предложения, которые были озвучены во время Высшего евразийского экономического совета (о необходимости вступления Турции в Таможенный союз, образования зоны свободной торговли с Индией, придания статуса наблюдателей Кыргызстану и Таджикистану вместо полноправного их членства и так далее) свидетельствуют, как минимум, о разном понимании происходящих на евразийском пространстве интеграционных процессов и, как следствие, отсутствии единого стратегического видения, смысла и цели существования евразийского интеграционного проекта.

На сегодняшний день существенным образом различаются позиции сторон по таким важным вопросам повестки дня, как создание политического измерения евразийской интеграции, образование единой валютной зоны, а также по списку потенциальных кандидатов на членство в Таможенном союзе. Экономики Казахстана и Беларуси продолжают испытывать на себе негативные последствия вступления России в ВТО, а также ее несогласованной промышленной политики, направленной на локализацию сборочных производств иностранных компаний на территории РФ, которые являются прямыми конкурентами для белорусских машиностроителей. Есть претензии к работе Евразийской экономической комиссии.

Поэтому несмотря на то, что во время заседания был согласованы подходы к разработке Договора о создании Евразийского экономического союза, говорить о том, что ему будет дан успешный старт в 2015 году, преждевременно. До сих пор не реализованы до конца меры по созданию Единого экономического пространства, не доведен до логического завершения сам Таможенный союз. Создается ситуация, когда, не завершив старые интеграционные конструкции, мы придумываем новые.

По моему мнению, договор о создании Евразийского экономического союза должен учитывать вышеперечисленные моменты. Помимо положений о интеграции экономик на рыночных принципах он должен иметь приложение в виде дорожной карты по реализации определенного количества (до сотни) масштабных инфраструктурных проектов, создания евразийских корпораций, а также список необходимых для освоения технологий и производств 5 и 6 технологических укладов. Тогда для всех будет понятно, что цель Евразийского экономического союза – создание прорывного и суверенного промышленно-технологического пространства, обеспечивающего высокое качество жизни граждан государств–участников евразийских интеграционных процессов.

 

РоманенкоЮрий Романенко, директор Центра политического анализа «Стратагема» (Украина)

Что бы сегодня ни говорили о возможных потерях Украины в торговле со странами Таможенного союза в результате ее ассоциации с Евросоюзом, эта аргументация в значительной степени уже не работает. Потому что у украинской элиты есть другие мотивации: это ее финансовые интересы, связанные с западными банками; это тот факт, что в последние годы значительно увеличен экспорт сельскохозяйственной продукции в страны Евросоюза и смежные рынки. Есть большая зависимость от европейского импорта, на котором в Украине многие сделали состояние. Эти и другие факторы толкают украинскую элиту к тому, чтобы заключить договор об ассоциации и никакие другие аргументы здесь уже не будут работать.

Естественно, Украина понесет некоторые издержки в связи с этим решением, но катастрофического, апокалиптического размаха они не будут иметь. Ведь, во-первых, вряд ли Россия и другие страны ТС будут уничтожать свои отрасли, завязанные на кооперацию с Украиной. Например, в России поддержание дееспособности ракетных войск стратегического назначения во многом завязано на сотрудничество с украинскими ракетчиками. Во-вторых, вряд ли Россия будет губить своих бизнес-партнеров в Украине, закрывая границы полностью, ведь таким образом она разрушит бизнес тех, кто мог бы быть ее лоббистами на Украине.

На протяжении последних двух недель уже наблюдается некоторое смягчение тона со стороны российских коллег. Думаю, эта тенденция продолжится и ситуация будет разрешена в прагматичном ключе.

Со стороны же Брюсселя заинтересованность в интеграции Украины имеет стратегических характер и является неизменной. Есть долгосрочные интересы, в рамках которых очень многие европейские политики на карту поставили свою карьеру – это Фюле, Меркель, Квасневский, Кокс и другие. Трудно предположить, что потратив столько времени на переговоры и подготовку решения, они вдруг его изменят на противоположное.

Поменялась ли мотивация Евросоюза в отношении Украины? Нет, не поменялась. Евросоюзу нужна Украина, как экономическая площадка; как территория, с точки зрения безопасности; нужна, как источник демографической силы, которая есть на Украине и которая может идти в Европу, ассимилируясь лучше, чем выходцы из арабских и иных дальних стран.

Иными словами, ЕС по-прежнему всеми правдами и неправдами пытается втащить Украину в интеграцию. Недавно Бронислав Комаровский сделал заявление о том, что ответственность за евроинтеграцию в Киеве несет как власть, так и оппозиция. Это намек на то, что оппозиция приняла деструктивную линию в отношении этого процесса. Поскольку она по максимуму хочет выгадать для себя в этой ситуации, использовать силу Европы, чтобы ослабить Януковича. В итоге Брюссель видит, что оппозиция и власть заигрываются и это очень вредит переговорному процессу.

 

РахимовКубат Рахимов, независимый эксперт по инфраструктурным проектам Центральной Евразии, заместитель председателя общественного объединения «Выпускники белорусских ВУЗов в Кыргызстане»

Прошедший саммит в условиях отсутствия Президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева показал, что фактор вступления в Таможенный союз Киргизии и Армении не менее важен, чем очень острая проблема не состоявшейся пока интеграции Украины в Таможенный союз.

Если же брать вопрос результативности, то с точки зрения интеграции – не в риторике, а на деле, - то можно сказать, что подвижки, пусть и небольшие, все-таки есть. Важным представляется заявление белорусского президента Александра Лукашенко о том, что ликвидация СНГ недопустима. Идея возвращения Грузии в состав СНГ также крайне важна, хотя, вроде бы, не имеет прямого отношения к евразийской интеграции в рамках ТС.

Далее – заявление Нурсултана Назарбаева о необходимости упразднения ЕврАзЭС и почти молниеносная реакция Владимира Путина на это заявление, который сказал, что торопиться с таким шагом не стоит.

Все это говорит о том, что имеет место сложный, но живой процесс. Таможенный Союз является, по сути, живым организмом и это носит, на самом деле, позитивный характер.

Интересно и предложение казахстанского лидера о включении Турции в состав Таможенного Союза. Это значит, что данное интеграционное объединение касается не только постсоветского пространства, но и Евразийского континента в целом.

Почти миллион граждан Кыргызстана работают в России и Казахстане и формируют порядка 30% бюджета их родины. В Кыргызстане понимают, что оказаться между Китаем и Единым экономическим пространством в условиях вывода военной базы США  и потери интереса Вашингтона к Бишкеку - прямой путь к серьезным экономическим проблемам. В определенный момент может оказаться, что Кыргызстан не впишется ни в одну из конфигураций и останется на обочине интеграционных структур.

Озвученное Нурсултаном Назарбаевым предложение о наделении Кыргызстана и Таджикистана статуса наблюдателя еще весной 2013 года в штыки встречалось российской стороной. Действовала логика «или с нами, или против нас» при том, что установка была на втягивание Бишкека в интеграцию. Однако взвешенный взгляд на вещи делает очевидным то, что Кыргызстан и Таджикистан не представляют большой ценности для Таможенного союза с точки зрения расширения рынка сбыта. В этом смысле важно, что во взаимодействии этих стран с Россией реализовано в рамках ОДКБ. Речь идет о многоуровневой, многомерной безопасности: экономической, политической и так далее.

Предтечей экономической интеграции в данном случае должно быть углубление сотрудничества в рамках ОДКБ. Нам необходимо сначала обсуждать тему пограничного союза – защита внешних рубежей, южных и восточных в рамках так называемого Пограничного Союза. Мы должны надежно закрыть кыргызско-китайскую и таджикско-афганскую границы и только после этого создавать таможенную границу – внешнюю границу Таможенного союза.

Поэтому можно говорить о необходимости поэтапного подхода к интеграции Кыргызстана и Таджикистана в Таможенный союз, где формированию единого таможенного пространства будет предшествовать формирование общей инфраструктуры безопасности, как в экономическом, так и в остальных аспектах этого понятия.

 

Подготовил Юрий Царик

 

Это русскоязычная версия оригинального материала газеты "Звязда".

Выбар рэдакцыі

Культура

Што паглядзець у брэсцкім музеі выратаваных каштоўнасцяў

Што паглядзець у брэсцкім музеі выратаваных каштоўнасцяў

Брэсцкі музей выратаваных каштоўнасцяў можна назваць мясцовым Луўрам — калі ўвогуле дарэчы параўноўваць адну культуру з іншай.

Калейдаскоп

Вясёлыя гісторыі нашых чытачоў

Вясёлыя гісторыі нашых чытачоў

— Хлопцы, не біце, я — ва-а-аш!..

Грамадства

Як дэпутаты вырашаюць праблемы жыхароў Брэсцкай вобласці

Як дэпутаты вырашаюць праблемы жыхароў Брэсцкай вобласці

У мясцовых Саветах Брэсцкай вобласці ажыццяўляюць дэпутацкую дзейнасць 2962 дэпутаты. 

Грамадства

Чым жыве найлепшая маладая сям'я штурмавой авіяцыйнай базы ў Лідзе

Чым жыве найлепшая маладая сям'я штурмавой авіяцыйнай базы ў Лідзе

Абодва яны спяваюць, пішуць вершы пра сваю сям'ю і іграюць на музычных інструментах.