Вы здесь

Как живут последние жители деревни Язвины


Язвины имеют довольно интересную историю. Населенный пункт известен с эпохи средневековья. Земли переходили из церковных владений к разным панам. В XVIII веке здесь был возведен каменный костел, деревня значилась как центр сельской общины. Позже земли стали имением Николая Дановского и Анели Карчицевой. В панские времена в Язвино были церковно-приходская школа и больница. Участковая больница работала некоторое время после войны. Ее разместили в доме зажиточного крестьянина, семья которого погибла в войну в полном составе. Этот факт упомянула 84-летняя Любовь Ярмоцык. И главное, что в ХХ веке в деревне проживало около 400 человек. Сейчас жителей осталось около десятка.


Анна Лавринович.

Деревня тянется в одну улицу больше чем на километр. «Около меня три дома жилые, дальше - три дома, и в конце - три», - рассказывает Анна Лавринович. Все остальное сезонное жилье, летом приезжают дети-внуки хозяев или горожане, которые купили дома для подсобного хозяйства. Но об этом несколько позже. Анна Николаевна рассказывает, как раньше было весело, как много работали, но и отдыхать умели, песни пели. «На всю деревню было четыре стада коров, на каждом дворе держали одну, а то и две. Колхоз был, ферма большая. Работы всем хватало », - вспоминает пенсионерка.

Анна Николаевна родилась в 1933 году. Войну помнит. И одним из самых первых несладких воспоминаний детства стало ее неудачная жатва. Отца забрали на фронт, а мать только что родила младшего ребенка. И ее, 11-летнюю, отправила жать просо. Больше было некому. Она и взялась, глядя на взрослых женщин, которые заносили серп с размаху. Как замахнулась, так и резнула по руке. «Стою, смотрю на эту руку, с которой кровь течет потоком, не знаю, что дальше делать, - рассказывает Анна Николаевна. - Подошла соседка, посмотрела на меня, потом оторвала от своей льняной рубашки рукав, перевязала мою рану и отправила меня домой. А мой участок сама пожала. Вот так было... А на отца очень быстро пришла похоронная. И мама одна поднимала четверых детей. Хуже всех приходилось бедным вдовам в колхозе. Ведь за их некому было заступиться, они всего боялись. Помню, как-то поздно вечером колхозное начальство приказало матери запрягать лошадь и везти каких-то уполномоченных в район. И запрягала, и везла. Если на сегодняшний ум рассудить: разве нельзя было поручить эту работу кому из мужиков, а не женщине, которой пришлось бросать малых детей одних в доме? Но кто тогда на это обращал внимание. Так вот и прожили. И всех нас вырастила, на ноги поставила.

- Все создали семьи, разъехались. Я здесь осталась. С мужем работали в колхозе. Конечно, нелегко было. Но мы молодые были, работать хотелось. Мой хозяин был хороший, водкой не увлекался. В доме всегда порядок и достаток, сыновей вырастили. Они стали военными. Достойно даслужили до пенсии».

Потом Анна Николаевна не справляется со слезами. Оказалось, не все испытания судьбы достались ей в детстве. Пришлось похоронить старшего сына, который умер от болезни сердца. Так вот и живет она с этим материнским горем. И находит силы радоваться внукам, не так давно правнучек родился. Младший сын из Бреста приезжает часто, как только есть возможность, чтобы поддержать мать. А она еще умудряется посадить огород, ухаживает за цветами, которых перед домом насажена большая гряда. А зимой вяжет носки, шарфы для родственников. Говорит, что без работы было бы совсем тяжело.

А еще Анна Лавринович 15 лет посещала фольклорный коллектив осовецкого Дома культуры: «Выступали по всем деревням, знали нас, благодарили, а теперь коллектив распался, кого нет, кто доживает, как и вся наша деревня».

Валентина и Виктор Шлапаковы - второе поколение жителей Язвинов. Валентина Васильевна здесь родилась и выросла, ходила когда-то в местную начальную школу. Ее мать, уроженка Витебской области, после окончания Смоленского сельхозтехникума была направлена ​​на работу в Дрогичин. Вышла замуж за парня из Язвинов и осела здесь. Работала бригадиром, агрономом, растила детей. Валентина с Виктором работали в строительной отрасли, жили в городе. Они и раньше сюда приезжали, поддерживали родительский дом в порядке. А когда вышли на пенсию, почти переселились сюда. Говорю почти, потому что муж и жена живут в деревне с ранней весны до поздней осени. Валентина Васильевна даже зарегистрирована здесь, так что является полноправным жителем Язвинов. Шлапаковы не просто на свежем воздухе проводят заслуженный отдых, они занимаются хозяйством. Например, 17 соток занимает плантация малины, есть четыре ряда клубники, картофель, овощи. А это нелегкая работа. Правда, родителям периодически помогают дети. Две дочери Валентины и Виктора живут в Белоозерске, одна в Дрогичине. Приезжают на выходные с мужьями, когда наступает пора сева или сбора урожая.

- И дополнительный рубль в семейный бюджет, и свои продукты, и постоянное движение, занятость, - рассуждает Валентина Васильевна.

А потом рассказывает, что перенесла тяжелую болезнь. Реабилитацией стал чистый воздух и посильная работа: «Если бы после больницы села на лавку у подъезда городского дома, была бы до сих пор глубоким инвалидом в лучшем случае. А так вот помалу поддерживаю все домашнее хозяйство и в огороде помогаю». 

Валентина и Виктор Шлапаковы.

Еще хозяйка выращивает много цветов. А хозяин увлекается отделкой двора. Виктор Григорьевич - любитель старины, на его подворье собран почти этнографический музей. Горшки и другая посуда, элементы соломорезки, других станков и приспособлений удачно вписались в ландшафт.

Интересуюсь, где он все это находит. А жена смеется: «Собирает на свалках». Оказалось, больше всего экспонатов нашел, когда в деревне сносили старые дома. Вся утварь из чердаков и сарайчиков при разборе строений действительно выбрасывается на свалку, а заинтересованный человек подбирает, потом создает целые композиции. Так, например, старая швейная машинка превратилась в подставку для шашлычницы. Огромные плетеные корзины стали вазами. Действительно: и красиво, и внукам интересно. Приходится рассказывать им, как раньше люди жили в деревне, как устраивали хозяйство.

- Самое лучшее время для нас, когда все собираются здесь, во дворе: три дочери, три зятя, пятеро внуков. Это же целый коллектив, весело бывает, - рассказывает счастливая бабушка. - Поэтому и хочется работать, улучшать благосостояние, чтобы было чем приветить гостей.

Когда едешь по Язвинам, сразу бросаются в глаза «пробелы» между домами, которые представляют собой аккуратно обработанные поля. Председатель Осовецкого сельского Совета Светлана Гречка пояснила, что это участки от снесенных построек. Например, только за прошлый год в деревне снесли восемь старых домов. Делается это в основном за счет желающих получить участок. Люди разбирают старые постройки, убирают кустарник, бурьян, разрабатывают приусадебные сотки, чтобы потом выращивать малину, клубнику. Ягодный бизнес стал очень популярным на Дрогичинщине. Деревня расположена относительно недалеко от райцентра. Вот и облюбовали это место горожане. Если дом еще хороший, бывает, покупают дом и пользуются участком. Один дом, например, купили брестчане, приезжают летом. Так что с наступлением тепла Язвины заметно оживают, наполняются голосами. И хотя не осталось здесь ни школы, ни магазина, в прошлом году разобрали последние стены бывшей фермы, деревня не угасает окончательно. Вот такой интересный виток истории: сначала панская усадьба, центр сельской общины при Польше, довольно оживленная советская колхозная деревня, которая постепенно отдавала своих потомков городу, попала в разряд неперспективных, а потом получила определенное возрождение как место для ведения хозяйства. Снова имение, только не одного, а многих хозяев.

Светлана Яскевич 

yackevіch@zvіazda.by

Выбор редакции

Культура

Минск 1941. Как это было

Минск 1941. Как это было

Небо почернело от самолетов.

Культура

22 июня 1941 года разделила жизнь белорусов на «до» и  «после»

22 июня 1941 года разделила жизнь белорусов на «до» и «после»

Они еще не знали, что впереди — долгие три года жизни под оккупацией.

Общество

Игорь Петришенко: ЦТ — соревнование, и победа в нем должна быть честной!

Игорь Петришенко: ЦТ — соревнование, и победа в нем должна быть честной!

Социальное дистанцирование и наполняемость до 50 человек — таковы требования к аудиториям ЦТ.